Формы и методы

Как пытаемся сломать замшелые формы и методы? На партийных собраниях (а они у нас в основном теперь открытые) стараемся заслушивать коммунистов. Причем за многие годы впервые в повестку дня попали отчеты руководителей отдела, партгрупорги, комсомольский актив, я как председатель жилищно-бытовой комиссии. Главное — не обмениваться претензиями, а искать реальные пути исправления.

Несомненно, сегодняшний настрой не сравнить с прежним. Люди стали откровеннее, обретают свой голос, позицию. Всё чаще объектами осмысления становятся проблемы профессиональной деформации, условий труда, отдыха, быта.

К примеру, паспортное отделение: начальник майор милиции П. Недашковский (ветеран, в своё время избирался заместителем секретаря партбюро) плюс два офицера и три паспортистки. Много это или мало? Анкетирование, проведенное УВД области на предприятиях, показало: паспортные вопросы у местного населения на первом месте. По вторникам нагрузка на подразделение возрастает. Принимаем до 250 — 300 человек. 12 процентов при опросе отметили среди главных недостатков бердичевской милиции грубость и неуважение к гражданам, большие очереди. Дисциплинарная практика — тому подтверждение. В течение года руководитель отделения наказывался дважды — за нетактичность и нарушение правил прописки-выписки граждан.

Условия работы сотрудников

Согласен: УПК соблюдать надо, но при этом не бить по профессиональному риску специалистов, не делать их пассивными, а учить в рамках закона работать самостоятельно. Общество встревожено кризисом, потерей престижности профессии следователя: Моя точка зрения в защиту этого кадрового звена, высказанная при инспектировании, к сожалению, не получила в УВД поддержки. Но я не пессимист и верю: мудрые головы найдут решение. Ведь речь идет о судьбе людей, выбравших милицейскую службу своим образом жизни.

Два года назад политотдел УВД слушали на совместном совещании Политуправления МВД республики и областного комитета партии о преодолении отрыва идеологической работы от жизни, о повышении её влияния на решение оперативно-служебных и воспитательных задач. Тогда так и записали: «В центр идеологической работы поставить конкретного сотрудника с его делами и нуждами». Золотые слова! Ведь долгие годы на разных уровнях в адрес милиции говорилось: "Вам дано много прав и достаточно платят". И выделялась одна квартира в год на коллектив, где пять десятков очередников. (Для сравнения: в других крупных городах области их в четыре раза меньше).

Если условия для работы в ГОВД созданы хорошие (размещаемся в двух корпусах пятиэтажного здания, имеем свою прекрасную базу для служебной и физической подготовки, завершаем строительство гаражей со вспомогательными помещениями), то жилищная проблема - "мертвая" в городе. Правда, после Съезда народных депутатов тональность отношений с местными властями заметно потеплела. Бердичевский ГК партии даже порекомендовал партийно-хозяйственному активу до конца прошлого года решить квартирный вопрос участковых. И хотя рекомендация оказалась нереальной, все же сдвинулась очередь с мертвой точки: три сотрудника улучшили жилищные условия. Это обнадеживает людей.

Стройматериалы для сотрудников, ремонт квартиры, место в детском саду, заготовка на зиму овощей. Наконец мы говорим об этих вещах как есть. Значит, меняется, пусть и медленно, отношение к ним общества. Все более очевидно сотрудник милиции такой же, как все, живой человек, но в силу специфики работы, может быть, более других нуждается в социальной да и в правовой защищенности, в участливом внимании тех, кто рядом.

Страусиная привычка

Признаться, решительно отойти от «страусиной» привычки нам и поныне непросто. Ведь долгожданная заповедь «Мера всего — человек!» не единожды звучала с гербоносных трибун. Но между призывом и практическим действием огромная дистанция. Сошлюсь на практику нашей первичной. Пролистал протоколы партсобраний за четыре года и, к своему стыду, обнаружил: все они держатся в основном на «трех китах». «Итоги работы за период...», «О задачах коммунистов ГОВД в выполнении требований постановления...» (меняется название и дата партийного документа), «Прием в кандидаты или члены КПСС...» Даже когда тема напрямую касалась человеческого фактора, о нем вспоминали дежурной фразой в конце постановления.

О чем же мы говорили на собраниях? Даже на отчетном — только о службе. Звучали проценты, цифры, призывные глаголы; усилить, укрепить... Выходит, и я, новый в отделе человек, ничего не изменил в этом течении, сам поплыл по нему. Перечитал тезисы своих многочисленных выступлений — оперативная сводка чистой воды. Служебные речь и у остальных руководителей.

Не потому ли рядовые коммунисты идут на трибуну с самоотчетами, а вернее — с самооправданиями. По старинке партбюро формировало и список выступающих. Вывел «статистику активности» за прошлый год: президиум почти бессменный, докладчики — руководители отдела или партийные лидеры. Содокладчики — редкость. Хронических молчунов почти 30 процентов, каждый шестой коммунист выступил по разу.

Сильные мира сего

Клеветническая машина набирала обороты. Из всех щелей вытаскивали тех, кому ничего не стоило написать хоть сотню ложных заявлений о якобы незаконных методах следствия, об избиениях, вынуждавших давать неверные показания. Бумаги составляются так, что бросают тень и на отдельных сотрудников, и на все следствие в целом. Медунов направляет их в ЦК КПСС.

Об отношениях Медунова с Брежневым теперь хорошо известно. Они и решили участь заместителя Генерального прокурора СССР В. В. Найденова, который держал "сочинское дела" под личным контролем. Его сняли с должности без каких бы то ни было объяснений. Все было пущено в ход, чтобы спасти коррупцию! На основании ложного доноса против Удалова возбуждают уголовное дело. Он опрокидывает клевету неопровержимыми фактами. Дело прекращают и тут же возбуждают новое, попутно раскидывая сети над старухой-матерью.

Даже теперь, хотя прошли годы, невозможно писать об этом без внутренней дрожи. Нет, не просто раздавить его хотели. Им этого было мало. Садистская травля преследовала и чисто воспитательную цель: так будет с каждым, кто осмелится посягнуть на сильных мира сего! Пройдет некоторое время, и удастся установить, что расправа над Удаловым дирижировал тот самый секретарь горкома партии Мерзлый, в функции которого входил контроль за работой правоохранительных органов.

Не вся милиция такая

Статья о том, как милиция Туркмении объявила беспощадную борьбу организованной преступности, появилась в начале 1988 года. Это было, действительно, не самое светлое время для нашего брата-милиционера. Что ни день, газеты й журналы — наперебой — выдавали все новые порции горькой правды об оборотной стороне жизни определенной части доблестных солдат правопорядка. Прорвавшаяся сквозь неприступную доселе плотину молчания гласность бурлила, торопилась выплеснуть из застойного болота ту гниль, что накопилась за годы "благополучия". Уже кое-кто всерьез приуныл — неужели вся милиция такая.

Публикация "Правды" была как долгожданный дождь в засуху. Нет, не вся милиция такая. И в самое рутинное время были в ее рядах, честно делали свое дело те, кто не продавался и не покушался. Каково им пришлось, мы тоже узнали лишь с приходом гласности. Но именно они, битые и непобежденные щелоковщиной, составили костяк истинной милиции, когда настало время новое. Именно их направили туда, где труднее всего, где застойная система нанесла наиболее ощутимый урон.

Так полковник милиции Удалов оказался в Туркмении.

Конец банды

В дверь негромко постучали, и тут же в кабинет вошел старик в поношенной национальной одежде. Через минуту Удалов терпеливо разъяснял яшули, что дело его сына находится в прокуратуре, что милиция никакого отношения к этому не имеет.

Посетитель согласно кивал головой, но уходить не торопился:
— Я про вас от народа слышал. Потому и пришел сюда.

Да, за два года, что возглавляет Александр Федорович в Чарджоу областное управление внутренних дел, люди его узнали. Одни произносят это имя с уважением, другие — с опаской, а кое-кто с нескрываемой ненавистью. Вот им-то с приездом Удалова явно не повезло. Кончилась вольная жизнь. Шутки плохи, если этот Уделов в Ашхабаде самого Вовчика-Сыру одолел. Сорок шесть человек враз за решеткой оказались.

Конец банды Ильяса Саркиева, по кличке "Вовчик-Сыра", — пожалуй, вторая после Сочи крупная победа Удалова. В то время он возглавлял уголовный розыск Туркмении. Разумеется, не в одиночку работал. Следственно-оперативную группу, куда вошли самые отчаянные, самые толковые и преданные делу сотрудники, возглавлял лично первый заместитель министра Кияс Реджепович Тачмамедов. Вместе разрабатывали операции, вместе расставляли людей.

Решение проблемы есть!

Значит, нам остается только разводить руками? Решение проблемы есть. Для каждого из моих коллег оно давно известно. Убытки, причиненные угонщиками, владельцам возмещает Госстрах. Есть специальная статья расходов, которая призвана поощрять поиск украденных автомотосредств. Куда идут средства этой статьи, — рядовому сотруднику ГАИ, как правило, не известно.

Руководители подразделений направляют их на нужные цели по своему усмотрению. А ведь можно эти деньги использовать по прямому назначению. И по весьма упрощенной схеме: "выловил" или нашел угнанный автомобиль - напиши рапорт. Проверили - подтвердилось, шагай в бухгалтерию. По-моему, эта простая мера — ключ ко многим сегодняшним проблемам в поиске угнанных автомашин. Прямыми поощрениями (не зависящими от мнения непосредственного начальника) можно заинтересовать инспектора в усердной работе не только на его участке трассы, но и в добросовестной отработке близлежащей территории. Во время ведения активного поиска он уже не станет равнодушно "отбивать свой номер". А если эта мера будет равно касаться участковых инспекторов и постовых милиционеров — угнанных и бесхозных машин на улицах практически не останется.

Значит, меньше станет и разукомплектование автотранспорта. Я уверен, что если широко огласить это новшество, — в поиск пропавших машин сможет включиться любой житель города. Облегчится работа сотрудников уголовного розыска, ведущего расследование обстоятельств угона, Можно пойти дальше: регулярно снабжать информацией об угонах автотранспорта сотрудников городских и загородных АЗС, таксистов, работников других городских служб, имеющих радиофицированный транспорт, и при этом каждому передавшему в ГАИ сообщение об обнаружении пропавшей машины гарантировать соответствующее вознаграждение. На пути угонщиков встанут сотни людей. Именно тогда, — горячо верю, — пойдет на убыль этот вид преступлений.

Уголовная статистики

Открытие уголовной статистики обрушилось на нас устрашающим, но зачастую малопонятным потоком цифр. Половодье их создало у значительной части общества впечатление что теперь о преступности мы знает все. Ее рост практически по всем видам легко и просто был объяснен тяжелой наследственностью времен застоя. Трудно сказать сколько времени еще будет списывать просчеты и недоработки правоохранительной системы на тот недоброй памяти период. О чем шла речь? Не хватает специалистов-профессионалов, нет спецтехники для оснащения милиции, крайне низка заработная плата сотрудников ведущих служб, не выделяется жилье милиционерам, лимит бензина скуден до голода, автотранспорт старый, изношенный, больше стоит, чем ездит.

Почта за последние полгода: "Решил уволится из органов, так как прокормить и одеть семью на получаемую зарплату не в состоянии, а взятки брать - совесть не позволяет". "Пытались преследовать угонщиков на дежурной машине, упустили, кончился бензин". "За последние 5 лет наш райотдел не получил ни одной квартиры". "Включил рацию, а в ней только шорох". «Даже в праздники не могу побыть с семьей, не хватает времени".

Да, все так. И столько об этом написано, что невольно возникает уверенность: Дайте милиции все, что она просит, и борьба с преступностью тут же пойдет на лад. Если бы все было так просто, можно было бы искренне радоваться. Но так ли это?

Рост преступности

Не секрет, что административно-командные методы существовали и в борьбе с преступностью. Иначе и быть не могло. Если в экономике навязывался "показатель роста", в системе борьбы с преступностью это был показатель "ограничения роста", а еще лучше — "снижения". Результат же всюду одинаков: манипулирование статистикой, дутые цифры, корректировки, подгонки, а в итоге — картина, весьма и весьма отдаленно отражающая реальную ситуацию.

Дополнительным стимулом в таких маневрах был и пресловутый "процент раскрываемости", который диктовал работнику милиции необходимость регистрировать преимущественно те преступления, который можно раскрывать, и уклоняться от регистрации таких, которые раскрыть трудно. Конечно, не зарегистрировать убийство или ограбление инкассатора невозможно. Но вот сорванную с пьяного меховую шапку — запросто (сам упал, и она свалилась), или карманную кражу (вы, наверное, кошелек потеряли), или хулиганскую выходку подростка-акселерата (что вы, он же ребенок, простите его, детская шалость).

Хитроумных приемов существовало множество, и, поверьте, не от хорошей жизни работники милиции достигали в этом виртуозной техники. Любой работник службы БХСС знает, что существующая система отчетности позволяет легко просчитать, сколько и каких преступлений надо вскрыть в текущем году, чтобы итоговая цифра демонстрировала "рост активности", но ни в коем случае не "рост масштабов и тяжести" преступности.

Оптимальная формула сотрудничества - бред

Майор Тарасов подробно рассказывает о себе. После армии — уголовный розыск, заочный юридический институт, любимая работа с полной отдачей сил. В 29 лет избрание депутатом городского Совета народных депутатов и почти одновременно — назначение на должность начальника отделения уголовного розыска районного отдела внутренних дел.

Тут-то я и дал маху. Стал высказывать свое мнение, что-то предлагать, спорить, иногда не соглашаться с начальником... Строптивца быстро поставили на место — понизили в должности. Он и там не счел нужным прикусить язык. Его задвинули еще дальше. Честное слово, не жалко потерянного места. Обидно! Ты — начальник, я — дурак. Не высовывайся! Неужели эти принципы неистребимы?

Вот она, та самая коллизия. Взаимоотношения начальника с подчиненным. Где проходит грань между требовательностью и самодурством, доброжелательностью и панибратством, настойчивостью и упрямством? Есть ли оптимальная формула сотрудничества верхов с низами в условиях единоначалия, применимого в милиции?

Разделяй и властвуй

Один из практических вариантов с горечью называет в своем письме Тарасов. Можно, конечно, не соглашаться, приводить примеры, опровергающие этот обидный тезис. Обратимся, однако, вновь к результатам социологического исследования (напомним, что проводилось оно, в одиннадцати регионах страны ): По мнению всех опрошенных, в последние годы у сотрудников органов внутренних дел сложились неблагоприятные условия для творческой инициативной службы... Как молодые сотрудники, так и более опытные не застрахованы от предвзятого отношения и оскорблений со стороны своих непосредственных начальников, которые подчас не считаются с их мнением, оказывают давление на их самолюбие, а также не способствуют самостоятельности при принятии решений в конкретной деятельности...

Не случайно, почти у каждого третьего из опрошенных не сложились отношения с непосредственным начальником. Выходит, не так далек от истины Николай Матвеевич Тарасов?

Старая, затяжная и, судя по статистике, очень опасная по своим масштабам болезнь. Уж больно удобным оказался для многих местных князьков по своему понимаемый принцип единоначалия. Разделяй и властвуй Способы? Все хороши!

Вожди обязаны думать

Есть и другой, увы, не менее вредный тип отношений. Сложившаяся годами авторитарная установка «верху благополучно срабатывала в определенной части низов, порождая массу безропотных, всегда готовых прищелкнуть каблуками работников. Как же дорого мы сегодня платим за все эти варианты. Чего стоит сотрудник, который шагу не ступит без команды? Который привык — приучили! — жить по закону: нам с тобою думать нечего, если думают вожди? Другим же, думающим, перестройка помогла обрести уверенность, самоуважение, вдохнула жажду творчества, прибавила энергии.

Как раз эдаких-то те самые начальники терпеть не могут! Вот откуда началось непоправимое. Не видя поддержки, условий для творческого роста, не находя применения своей инициативе, стали подавать рапорты на увольнение самые опытные, самые знающие. Те, которые действительно везли... Давайте посмотрим друг другу в глаза. Это ведь от нас с вами уходят люди, не желающие - больше мириться с чинопочитанием, люди, которым надоело терпеть бестолковщину и солдафонство, непонимание, а то и неприкрытую грубость. Когда не на словах отрешимся от рабской психологии? Когда не на словах, на деле воспитаем в себе чувство хозяина? Когда наведем пoрядок в собственном доме?

Личность руководителя

К милиции повернулись лицом. Но вряд ли когда еще была столь актуальной пословица: под лежачий камень вода не течет. И вот ведь какая штука. Из Каширского райотдела не бегут. Наоборот — просятся. Желающие есть, говорит Петр Васильевич Нелезин, — да не все подходят.

Стало быть, даже теперь конкурсный отбор кадров не такой уж миф. Под руководством энергичного и неравнодушного Нелезина расшевелили общественность, ввели в практику сельские сходы, наладили сотрудничество с местной газетой и радио — работать стало интереснее. И с "отцами" района нашелся общиий язык; начали сотрудники милиции получать квартиры, исчезла пресловутая очередь на места в детский сад для ребятишек...

Вот вам и вся разгадка! От добре добра не ищут. Личность руководителя. Сотни научных трудов и тысячи публицистических статей давным-давно подробнейшим образом расписали, каким должен и каким не должен быть человек, которому доверено стоять во главе коллектива. Не станем повторять известное.

Бюрократия процветает

С интересом прочел в "Известиях" статью генерал-майора внутренней службы О. Галустьяна "Профессионалы и аппаратчики", — пишет Ю. КОВАЛЕВ из Иркутской области. — Все правильно, компетентность для руководителя — дело наипервейшее.

Но что хочу сказать. Были у нас и такие "профессионалы", о которых еще много лет будем вспоминать с зубовным скрежетом, а то и со слезами на глазах. По-моему, истинный профессионализм это не просто диплом юриста в кармане. Знания да навыки — без человеческих качеств — сами по себе ничто. Прислали, например, к нам в отделение двух выпускников милицейских школ. Мы-то, работники с многолетним стажем, ждали от них "вежей струи" в работе. А они оказались обыкновенными бюрократами и лодырями — на радость правонарушителям.

Что предлагаю? Внимательно приглядеться к бывшим опальным работникам милиции: многие из них не восстановлены, а могли бы принести сейчас огромную пользу, увольняли-то частенько как раз самых знающих и честных. Тех же, кто дрожит перед начальством, и вместе с ними демагогов, которые своим словоблудием деморализуют милицию, гнать из МВД немедленно.

Операция "Перехват"

Почти каждое дежурство дает новые примеры, когда поиск угнанных машин с помощью "перехвата" приносит свои плоды. Но есть и другие случаи. Знаете, какова эффективность активного поиска, начатого через час и более после угона автомобиля? Круглый ноль! А у нас, поверьте, такие факты далеко не редки. Причин нашей нерасторопности много, но основная в многоступенчатости инстанций. Команду об активном поиске может дать только дежурный по ГУВД. Пока сообщение до него дойдет, пока будет проверено, уточнено. Я уже не раз слышал от инспекторов: "Почему, когда говорим: машина "ушла" пять минут назад, есть возможность "взять ее тепленькой", считаю целесообразным ввести в действие систему активного поиска, — в ответ насупленные брови. Мол, кто ты такой, чтобы распоряжаться?."

Можно понять руководителей: "перехват" — сложная, дорогостоящая операция, требующая усилий и большого нервного напряжения десятков людей. Но ведь, с другой стороны, именно волей инспекторов, их энтузиазмом, горячим желанием задержать правонарушителя и осуществляется поиск угнанной машины. Почему бы им самим не принимать - решения хотя бы на районном, локальном уровне?

Многие рядовые сотрудники оценивают нашу испытанную систему поговоркой: "Размах — на рубль, удар — на копейку". Они недалеки от истины. Дежурство длится восемь часов. Режим активного поиска вводится 2 — 3 раза. При этом напрасная трата нервной энергии большинства сотрудников как бы специально запрограммирована. Только одному-двум повезет, когда на них выйдут угонщики. А какова будет отдача, какой энтузиазм у инспектора, если объявлен очередной запоздалый "перехват"? К тому же он прекрасно знает, что на замену номера требуется всего пять минут. Он, конечно, будет "отбывать свой номер", как полагается по инструкции ( но рвения не проявит ни малейшего ). Я уж не говорю об интуиции. А ведь именно от старания, внимательности, свежести восприятия инспектора очень многое зависит.

Уехала машина

Сегодня каждый маломальский знакомый с техникой школьник или пэтэушник считает, что угнать автомобиль пapa пустяков. К сожалению, они правы. Вот и получается, что к нам на радиоцентр дежурной части Управления ГАИ ГУВД Мосгорисполкома в течение суток поступает порой до 30 оповещений об угонах. А всего о розыске автотранспорта бывает до 80 сообщений.

В среднем каждые четверть часа я беру в руки микрофон. И с такой же периодичностью инспектора ГАИ и БД на постах и пикетах вписывают мои сообщения в свои блокноты. Эта информация лаконична. Основа ее — госномер. Именно по нему инспектора, как - мы говорим, "ловят" угнанный автомобиль.

Все, казалось бы просто. Но в этой простоте немало сложностей. Не специалисту они навряд ли известны. Печально-курьезный случай. Летом прошлого года - был угнан личный автомобиль одного из наших коллег. Более трех недель "гуляла" машина по городу под собственным номером. Только попав в аварию, угонщик "заявил" о себе. Неискушенный спросит: «Расписываетесь в своей беспомощности?» Ничуть не бывало! Более двух третей угнанных машин мы "отлавливаем" или находим в сравнительно короткое время.

Этот результат мог бы быть выше? Конечно. Известно, что на Западе начали внедрять электронный прибор, сигнализирующий об угоне конкретной машины на радиоволне дорожной полиции. Слышал, что кооператоры предложили устанавливать на личные автомобили подобные приборы и у нас, но им почему-то отказали в содействии. А пока мы активно используем систему оперативного поиска и задержания, которую кто-то метко обозначил одним словом - "перехват". Суть системы: по вводе дополнительных сил и средств ГАИ (а порой и ПГ) на основных магистральных развязках. Эта система поиска эффективна, если введена сразу после угона. Памятен такой случай. Давно дружу с известной артистической семьей. Приватный полушутливый разговор: "Мы, наконец, машину купили." "Поздравляю и сочувствую. Если что, — звоните." Представьте, через три дня — звонок: "Только что угнали. Мы сами видели. Трое. Одеты.» Мы задействовали для поиска только наряды микрорайона. Система отлично сработала, буквально через 10 минут задержали машину. И угонщикам не удалось скрыться.

Ощутили свободу

Очень важный штрих: те, кто пришел к власти после репрессий 30-х годов, составляли в 60 — 70-е годы основную часть аппарата, управляющего партией и страной.

Освободившись от довлевшего над ними при Сталине страха, они ощутили "свободу" и от всяких моральных запретов, поскольку полученное ими политическое воспитание, требовавшее бездумного исполнения подчас и самых зловещих, безнравственных акций, отнюдь не способствовало формированию внутренних регуляторов социального поведения. Новый виток политического и бытового перерождения бюрократии привел к тому, что покорное послушание сменилось разнузданным казнокрадством.

Коррумпированные чиновники приплюсовывали к своим официальным привилегиям незаконные источники обогащения, дарили себе, своим родственникам и сообщникам роскошные государственные квартиры и особняки, совершали за государственный счет дорогостоящие семейные зарубежные вояжи. Они формировали огороженный от посторонних глаз, "свой круг", в котором складывалось ощущение собственной исключительности и неприкасаемости, циничное, пренебрежительное отношение к нравственным ценностям и "простым людям".

Умению руководить надо учить

К сожалению, существующая ныне кадровая политика никак не сориентирована на то, чтобы изменить это ненормальное положение. Напротив, с сокращением партийного аппарата приток в милицию оказавшихся не у дел функционеров увеличился ( так как этой, по-прежнему избранной категории предыдущий стаж полностью засчитывается в выслугу лет ). В связи со сказанным нельзя не порадоваться, что недавно получено "добро" В. В. Бакатина на открытие в Академии когда-то бездумно ликвидированного двухгодичного факультета подготовки руководителей горрайорганов. Поспешность последних лет, с какой на ходу "ковали" это важнейшее звено милицейской иерархии, принесла свои горькие плоды, лишний раз доказав, что умению руководить надо учить.

Сверх ответственная, сверхтрудная, если учесть нынешнее положение, задача поставлена сегодня перед руководителями органов внутренних дел; формирование профессионального ядра милицейских кадров. Да, это и есть единственный, как ни крути, выход из тупика. Дилетант в любой отрасли опасен. Не профессионализм милиции оборачивается трагедией для людей. Сколько бед удалось бы избежать, делай каждый свое дело хорошо!

Пост Наркома внутренних дел

Киселев был известен В. И. Ленину за долго до Октябрьской революции. В 1905 году он вместе с М. В. Фрунзе, П. П. Постышевым, А. С. Бубновым организовал всеобщую стачку в Иваново-Вознесенске, в ходе которой был образован первый Совет рабочих депутатов, создана рабочая милиция; он являлся и делегатом 7 Всероссийской Апрельской конференции и 6 Съезда партии, на котором избирался кандидатом в члены ЦК.

Однако предложение это ничем не увенчалось. Выдвинув аргумент о необходимости вернуться в Иваново-Вознесенск к товарищам, отправившим его к вождю революции и председателю Совнаркома за советом и практической помощью, Киселев отказывается от поста наркома внутренних дел. В последующие годы, заметим, он стал крупным государственным деятелем, возглавляя в 1921 — 1923 годах Малый Совет народных комиссаров, являясь наркомом Рабоче-крестьянской инспекции РСФСР, секретарем и членом Президиума ВЦИК. В 1937 году А. С. Киселев, подобно многим большевикам-ленинцам, был необоснованно репрессирован. (Реабилитирован посмертно).

Отказ Киселева вовсе на обескуражил Ленина, ценившего преданность делу партийное товарищество. Он беседует с членом ЦК РСДРП(б) М. К. Мурановым и настойчиво предлагает ему войти в правительства, в качестве наркома внутренних дел.

Остались лишь опасные преступники

В итоге — кризис, который вылился в неправильные управленческие решения, как следствие от искаженной информации.

Для примера достаточно вспомнить бесконечное добавление новых функциональных обязанностей участковым инспекторам. Отчего же не добавить, если с уже имеющимися они, судя по статотчетности, прекрасно справляются? В результате по приказам на них возложено более 60 функций, а на деле толком не выполняется ни одна.

Итак, регистрировали столько преступлений, сколько дозволено, и таких, каких нужно, чтобы поддержать уровень раскрываемости. И так из года в год. Постепенно вместо представления о реальности мы получили некий муляж преступности в уголовной статистике, а вслед за ней — и в криминологии.

Совершенно очевидно, что при столь строгом "отборе" преступлений, которые регистрируются и идут "в работу" (то есть по ним возбуждаются уголовные дела и ведется работа по раскрытию и расследованию), в орбиту правоохранительной системы попадали в большинстве случаев неудачники, "аутсайдеры". Иными словами, те, кого удавалось уличить в совершении преступления без гигантских интеллектуальных усилий. Хладнокровного, расчетливого, тщательно маскирующегося преступника выявить и разоблачить удавалось крайне редко. Постепенно "изымая" из криминальной среды тех, кто послабее, мы оставляли в ней из года в год крепнущую когорту изворотливых, умных, дерзких, особо опасных преступников.